ГРУ прогнозировало почти все события при развале СССР, но политики от этого отмахивались

Военная разведка отмечает вековой юбилей — 5 ноября 1918 года по приказу Реввоенсовета РСФСР было создано разведывательное управление. Полковник ГРУ в отставке Григорий Ванин в беседе с nakanune.ru рассказал о преемственности в рядах разведчиков и о том, какие вызовы готовит для ГУ современность. Примечательно, что накануне 100-летия Владимир Путин предложил переименовать Главное управление Генштаба обратно в ГРУ.
 
— Хоть официально "день основания" ГУ (более известного под старым своим названием ГРУ) в 1992 году, но на самом деле традиционное ГРУ было создано в 1918 году по приказу Реввоенсовета РСФСР, 100 лет назад. Существует ли преемственность, или все же это две разные организации по духу и по смыслам?
— Военной разведке в России сотни лет, потому что без разведки нет побед. Но до ноября 1918 года она была организована несколько иначе, а революционные события нанесли огромный урон обороноспособности России, в том числе военной разведке. В округах, воинских частях и в высших инстанциях военного руководства разведкой и контрразведкой занимались разрозненные подразделения. И это было в условиях войны! Реввоенсовет республики 5 ноября 1918 года секретным приказом № 197/27 утвердил штат Регистрационного управления — Региструпра, которое стало называться Вторым главным управлением ГШ Красной Армии. Эта дата считается днем создания Главного управления ГШ, которое долгое время называлось ГРУ. В результате этой реорганизации управление силами разведки и информационная работа стали централизованными, что значительно повысило оперативность и полноту разведданных. Политические перемены в стране, конечно же, повлияли на работу военных разведчиков, но профессиональная преемственность сохранилась в лучших традициях. Дело в том, что Главное управление обеспечивает военно-политической информацией командование Вооруженных Сил страны. Оно и определяет задачи военной разведки, её дух и смысл.
 
— Путин предложил восстановить название "Главное разведывательное управление". Как вы к этому относитесь?
— Положительно. Думаю, что не только я, но и в самом управлении этого давно ожидали от президента — в прошлом разведчика. В Минобороны и ГШ принято управления нумеровать и также называть по предназначению. Традиционно в мире управления разведки и контрразведки ГШ почти везде нумеруются вторыми. ГРУ было Вторым главным управлением ГШ. Управления КГБ СССР так же именовались — по номерам и по предназначению, например, знаменитое Первое главное управление или ПГУ КГБ. Сейчас это СВР. Либералы переименовали ГРУ в ГУ, чтобы понравиться Вашингтону и Брюсселю и, наверное, чтобы поставить на место военных разведчиков, которые раздражали их своей информацией, разрушали комфортные ожидания. От большого ума переименовали, так сказать. А на деле это принижает славные воинские традиции разведки. Справедливость восторжествовала.
 
— Но от смены названия не поменяется суть, есть определение, что ГРУ "является государственным учреждением, милитаризованным формальным социальным некоммерческим образованием, предоставляющим услуги в области обороны и разведки". Услуги теперь везде – в образовании, в медицине. Служение или услужение – все же разные вещи? Или не стоит придираться к словам?
— Я бы не называл это определение термином. Оно появилось, следуя прозападной либеральной моде в политике, и показывает глубокое невежество тех, кто его придумал. Главное управление — штатное подразделение Генштаба, которое подчиняется приказам и законам. Где тут место услугам? Так можно договориться до того, что солдат на поле боя оказывает кому-то услугу?
 
— Холодная война стала золотым временем для разведки. Конечно, во время Великой Отечественной войны невозможно переоценить роль разведчиков, но именно Холодная война впервые в истории стала войной спецслужб? Как разведка изменилась, закалилась?
— А в чём заключается это золото? Холодная война — политический сленг, а не военный. Обычно задачи разведки делят на задачи мирного времени и военного. Чтобы их успешно выполнить, надо быть постоянно готовым к любым ситуациям, в том числе к войне. Главное в разведывательной деятельности — предупредить войну, добыть упреждающую достоверную информацию. Но решения всегда принимает политическое руководство страны, обязательные для всех, включая министра обороны и начальника Генштаба. Война спецслужб, хотя военную разведку называть спецслужбой неправильно, никогда не прекращалась и не прекратится. Поэтому даже в мирное время разведчик всегда на боевой службе — расслабляться и терять закалку нельзя.
 
— Было много удачных операций, легендарных людей в военной разведке, но итог — развал Советского Союза, все же почему мы проиграли в Холодной войне? Слишком печальным стал для нас результат. Вынесены ли уроки?
— Этот вопрос лучше задавать политикам. Не военные развалили страну. Они давали присягу "по приказу правительства выступить на защиту своей Родины". Перестроечное правительство предало и Родину, и военных. Никакого приказа правительства военным защищать Родину от кого-то не было. В то время главной задачей командования было не допустить раскола армии и противопоставления её народу, который поддержал Ельцина в августе 1991 года. Иначе была бы большая кровь и дальнейший распад государства. Надо было сохранить и боеспособность армии, чтобы не спровоцировать повод для внешней агрессии. Специалисты ГРУ и разведки КГБ прогнозировали практически все события, которые произошли потом в советских республиках, но политики от этих прогнозов отмахивались — все увлеклись "перестройкой с ускорением". А потом была приватизация, и про военных вместе с их разведкой на это время забыли.
 
— В мае 2016 года британский эксперт по российским спецслужбам Марк Галеотти проанализировал деятельность структур российской внешней разведки, вывод анализа Галеотти сводится к тому, что до высшего руководства России из-за предпочтительных комфортных ожиданий не доходят ценная информация и аналитические выкладки, собранные российскими военными разведчиками в странах Запада. С этими тенденциями Галеотти связывает ошибочный прогноз Кремля по части консолидированной позиции Запада и длительности антироссийских санкций Евросоюза в связи с присоединением Крыма к РФ, возможности дальнейшего удержания Украины в сфере российского влияния и другим актуальным проблемам международной политики. Согласны ли вы с такими выводами?
— Это очевидно. Комфортные ожидания никак не выветриваются из российской политики. Даже после того, как президент Путин сказал в адрес западных так называемых партнеров: "Наша ошибка в том, что мы слишком вам доверяли и вы этим воспользовались". В этом контексте атаки на российскую разведку со стороны западных провокаторов не случайные. Это клин между комфортными ожиданиями и объективными данными разведки. Тут бы я согласился с Галеотти.
 
— 2014 год или ранее – когда началась гибридная война? Что теперь стоит на кону – целостность самой страны?
— Начнем с того, что гибридная война — термин британской военной доктрины. Она включает в себя все формы боевых действий и применение всех известных видов оружия в зависимости от решаемых задач. Термин легко произносится и поэтому широко используется в публичной информации. В реальности мы имеем дело с сетецентрической войной. Это термин американский. Под ним подразумевается организация так называемых сетевых военных конфликтов в зоне американских интересов и управление ими из одного координирующего центра. Есть тут и элементы гибридной войны. Сетецентрическая война для нас более опасная, поскольку включает в себя приемы массированной дезинформации и диверсионно-террористическую деятельность внутренней радикальной оппозиции. Кстати, теоретиком сетецентрической войны является белогвардеец полковник Месснер. В 1960 году он издал в Буэнос-Айресе книгу "Мятеж — имя третьей всемирной". Такую войну он называл "мятежевойной" и разрабатывал её тактику и стратегию против СССР.
 
— Недавние события, о которых мы с вами говорили — дело о Скрипалях — это тоже часть большой игры?
— Безусловно. Это провокационная акция по деморализации российской разведки и дискредитации внешней политики Кремля.
 
— Чем грозит обернуться гибридная война и какая роль для разведки в новом мире отведена? Сможет ли Россия отвечать современным вызовам?
— Цель подрывной деятельности против России одна — расчленить её на несколько марионеточных территорий и установить полный контроль над их ресурсами. По сути, реализуется гитлеровский Генеральный план "Ост". Причем, Запад делает ставку на саморазложение российского общества в результате сетецентрической войны, которая может быть длительной. Что касается роли разведки, то в общем она не меняется. Разве что назревает необходимость в так называемой активной разведке, это когда разведка сама же и реализует полученную информацию, как принято в Англии и США. На современные вызовы Россия уже может отвечать и отвечает. Хотелось бы большего, и не столько в военном плане, где есть явные успехи, сколько в экономике и внутренней политике. Консолидированному обществу "мятежевойна" не угрожает.
 
Елена Рычкова                   nakanune.ru
06-11-2018 19:26 Baxılıb: 310    
Şərh bildir