Белочехи в Казани: «Была кровь, были и хлеб-соль, были балы, работала и контрразведка»

Интервью с петербургским историком о неоднозначной роли чехословацкого корпуса в истории России и Чехии

Произошла революция и вместе с последовавшей гражданской войной она перевернула ход мировой истории. Немаловажную роль в этих событиях играл чехословацкий корпус. «Реальное время» продолжает разговор с российским историком, доцентом Института истории СПбГУ Ильей Ратьковским. В сегодняшнем интервью корреспонденту нашей интернет-газеты эксперт рассказал о том, как возникло движение белочехов, какое отношение они имеют к белым и что они делали на территории нынешнего Татарстана. Кроме того, он поведал о культе чехословацких бойцов в Праге и своем отношении к произведению Ярослава Гашека.

— Илья Сергеевич, расскажите для начала, как возник чехословацкий корпус? Как вообще родилась такая идея?
— Отчасти идея формирования добровольческих воинских частей из числа чехов и словаков, проживающих в России, появилась спонтанно, снизу, на трехтысячном митинге 9 августа 1914 года (новый стиль) в Киеве, вскоре после объявления войны. При этом Киев — не случайный город, так именно здесь находилась самая большая городская диаспора чехов Российской империи (всего в России их проживало около 100 тысяч). Здесь было достаточно много обеспеченных и инициативных людей. Среди прочих можно указать киевских чешских промышленников и политических деятелей: Йиндржиха Йиндржишека (председатель общества имени Я.А. Коменского, владелец граммофонной фабрики, председатель вышеуказанного митинга), Отакара Червены (владелец фабрики духовых инструментов, поставщик Двора его императорского величества, близкий знакомый Томаша Масарика) и других. Поэтому именно в этом городе было принято решение формировать чешскую дружину. Подобные митинги в других городах России, например, в Санкт-Петербурге и Москве, хотя и прошли ранее, имели меньшее значение. 12 августа российский Совет министров поддержал идею создания дружины. Сразу же в гостинице «Прага» началась запись добровольцев. Записывалось достаточно много: всего около 500 человек. При этом в русскую армию шли порою семьями. Известен, например, случай службы в русской армии (в том числе в чешской дружине) десятерых родных и двоюродных братьев и их дядей: представители семьи Клихов из села Семидубы Волынской губернии. Очевидно, что это был порыв защиты своей новой Родины. Было и другое. Идея взрыва Австро-Венгерской империи изнутри, с помощью братских славянских народов, была характерна для идей панславинизма и учитывалась и представителями чешских национальных кругов, и в верхах Российской империи. 20 августа в Кремле Николаем II была принята московская чешская делегация. 4 сентября император принял более представительную «общероссийскую» чешскую делегацию во главе с Червены. Вскоре первое чешское воинское формирование получило свое знамя. Это был первый этап истории чехословацкого корпуса: чешский батальон.

— Какое отношение они имели к русской армии? Кому подчинялись?
— Первым командиром воинской части был назначен подполковник российской армии Людвик Лотоцкий (ранее командир дисциплинарного батальона города Дубно). Штат дружины первоначально составлял 34 офицера, из них 8 чехов, последние (прапорщики и подпоручики) имели более низкий статус офицеров ополчения. Батальон формировался из добровольцев Киева, Петрограда, Москвы и других территорий. К середине осени численность батальона достигла 1000 человек, и он был отправлен на фронт во главе с новым командиром подполковником И.В. Созентовичем. Вместе с новым командиром из Москвы прибыл известный в будущем командир чехословацкого корпуса Станислав Чечек. Часть была направлена в недавно освобожденный русской армией Львов, а затем в Ярославль в распоряжение командующего 3-й армии генерала от инфантерии Радко Дмитриевича Дмитриева (Юго-Западный фронт).

— Участвовали ли бойцы корпуса в боях Первой мировой войны?
— Они участвовали в боевых действиях с самого момента прибытия на фронт. Первоначально дружинники использовались в качестве разведчиков. При этом сама численность чехословацкой части росла. В январе 1915 года дружина получила первое пополнение в 259 человек из числа пленных. Первоначально им предоставляли российское гражданство, а потом зачисляли в дружину. К этому же периоду относится и смена руководства дружиной. Третьим командиром чешской дружины стал подполковник Вячеслав Платонович Троянов. Постепенно усиливавшийся приток военнопленных привел в январе 1916 года к переформированию батальона в Чешский стрелковый полк, численностью 1700 человек. Вскоре началось формирование второго чешского полка и оба подразделения вошли в состав чешской дивизии. В марте 1917 года в ее состав был включен третий полк. После февральской революции, уже в период Временного правительства идея дальнейшего увеличения чехословацких подразделений нашла поддержку в самых верхах. Это неслучайно, так как министр иностранных дел Павел Николаевич Милюков был личным другом чешского национального лидера Томаша Масарика. Для Милюкова, как и для военного министра Александра Ивановича Гучкова, было характерно и тяготение к идеям панславизма. Поэтому оба они не только поддержали, но и продвигали идею создания более крупной чехословацкой воинской части. Апрельский кризис 1917 года, который привел к отставке обоих министров, притормозил этот процесс. Однако чехословацкие части хорошо проявили себя во время июньского наступления 1917 года, и идея нашла поддержку в верхах. Осенью 1917 года завершилось формирование чехословацкого корпуса. Новым командиром стал генерал-майор Владимир Николаевич Шокоров (по август 1918 года), а начальником штаба генерал-майор Михаил Константинович Дитерихс. Численность корпуса достигала 60 тысяч человек. Характерно, что идея крупного чехословацкого формирования находила поддержку не только у российских военных властей, но и у союзников. Уже осенью 1917 года это четко просматривается: вводится, например, французский военный дисциплинарный устав.

— Есть ли данные, насколько хорошо они были вооружены?
— Они были вооружены по нормам обеспечения воинских подразделений Российской армии. Единственное отличие: больший состав воинских оркестров. Уже для киевского периода это стало своеобразной визитной карточкой чехословаков. Впоследствии это только развивалось, и оркестры чехословаков многим запомнятся своими парадами. Другое дело, что на фоне добровольческих красных и белых частей чехословацкие подразделения выделялись не только оркестром, но оставшимся у них в значительном количестве стрелковым оружием. Превосходство в пулеметах особенно было впечатляюще.

— Как произошло восстание белочехов? Как так получилось, что они захватили чуть ли не полстраны?
— Здесь можно выделить несколько этапов. Сначала, после Октябрьской революции, корпус заявил о своем нейтралитете и подчинении французскому командованию. Хотя чехословаки и участвовали в осенних боях в Киеве против большевиков. В трагических январских киевских событиях 1918 года корпус уже не был задействован. Также он не стал основой для отражения немецкого продвижения после Брестского мира. Корпус в целом мирно и организованно переместился в Поволжье. Естественно, его статус стал предметом переговоров между советским правительством и командованием чехословацкого корпуса, в этот момент уже практически чешского. Итогом этих переговоров было соглашение от 26 марта 1918 года, согласно которому части корпуса эвакуировались через Владивосток. Второй этап — это проведение «указанной эвакуации». Она сопровождалась не только многочисленными столкновениями местных властей и чешских солдат эвакуируемых эшелонов, но и столкновением между последними и двигавшимися в противоположную сторону австро-венгерскими пленными. Неудачным оказалось и указание Троцкого в этих условиях провести разоружение чехословацкого корпуса. Для этого не было необходимых сил и средств, и это только накалило обстановку. Руководству корпуса это дало повод для выступления против советской власти. Очевидно, что стихийное недовольство легионеров своим положением, трудностями эвакуацией было им использовано. Выступление чехословацкого корпуса не было случайным, фактически его подготовка велась уже несколько месяцев, оно предполагалось впоследствии. Летом 1918 года должны были быть одновременные выступления корпуса, подпольных организаций Поволжья и Москвы. Все это вместе с одновременным усилением интервенции на Севере России. Но произошло выступление в более ранний срок. Тем не менее это привело к успеху, пусть и временному. В первую очередь это было связано с вакуумом власти на местах. Практически здесь, в Поволжье и Сибири, не было вооруженной силы, которая могла бы серьезно противостоять выступлению. Отдельные, малообученные и малочисленные подразделения. В семи губерниях Поволжья числилось всего 23 484 красноармейца, из них вооружены были 12 443 человека, обучено военному делу 2 405, а готовых к выступлению было 2 243, то есть приблизительно каждый десятый. Не лучшей была ситуация в Сибири. 26 мая 1918 года чехословаки заняли Новониколаевск (Новосибирск), 27 мая — Челябинск, 29 мая — Пензу и Сызрань. 7 июня пал Омск, а 8 июня — Самара, которая стала политическим центром антибольшевистского движения летом-осенью 1918 года.

— Кстати, почему их называют белочехами?
— Именно выступление чехословацкого корпуса против советской республики и определило это название. Это было отличие от чешских красных подразделений, которых было немного, но они были. Тот же Ярослав Гашек принял революцию и был красным чехом. Поэтому и название. Хотя следует отметить, что руководство чехословацкого корпуса не было сторонником возврата к монархии и строило свою политическую линию, отталкиваясь от позиции Антанты, прежде всего Франции. В 1918 году это была такая «демократическая линия», заключавшаяся в попытке свержения советской власти усилиями «демократической» контрреволюции: чехословаками, савинковцами и т. д. Понятно, что в этом процессе было задействовано и белое подполье. Но все творилось под флагом защиты Учредительного собрания и демократических свобод. Хотя свободы было мало.

— Можно поподробнее, как они были интегрированы в белое движение? И как складывались их отношения с Колчаком?
— Первоначально, как я уже сказал, чехословацкий корпус «наводил порядок» в рамках «демократической» контрреволюции. Однако вскоре порыв чешского наступления выдохся. Этому было много причин: общая усталость, непонятные цели борьбы, странные для чехов союзники: от дутовцев до каппельцев, потери, неоднозначное отношение местного населения и все отдалявшаяся перспектива отправки в Европу. Уже ранняя осень выявит надлом. Последовавшее вскоре поражение Германии вообще многие лозунги сделает бессмысленными: какая война против «прогерманского» советского правительства, когда немцы повержены? Какие демократические цели, когда в тылу колчаковский переворот? Сначала последовали отдельные осенние отказы идти в наступление, а затем уже даже оборона стала невозможной. Все то, что позднее называли разложением чехословацкого корпуса. Все это было осенью 1918 года. Красное наступление осенью 1918 года на востоке страны и его успехи также не располагали к оптимизму. Сам Колчаковский переворот в ночь с 17 на 18 ноября 1918 года в корпусе был воспринят негативно. Все время солдатам и офицерам говорили о защите демократии — и вот переворот. Явно недемократический. Но руководству корпуса важнее была позиция союзников. А те были не только в курсе переворота и не только после его поддержали. Поэтому был принят своеобразный компромисс. Войска чехословацкого корпуса вывели окончательно из зоны боевых действий и приставили к охране железных дорог. Результатом стали более комфортные условия пребывания и снабжения, которые многих удовлетворили. Как сейчас бы сказали, «посадили на нефтяную иглу», а тогда на железнодорожную. Колчаку это не очень нравилось, так как не было контроля над грузопотоком, но опять-таки это было компромиссное решение, к тому же проведенное союзниками. Взаимное неприятие останется, даже усилится. Белые будут считать чехословаков нахлебниками и мародерами, давать им обидные прозвища, переименовывать их в разговорах в «чехособаков». Отчасти это было связано с преимуществом в снабжении и тыловом расположении, отчасти — в крушении надежд на их военную помощь. Надежды были большие, но не сложилось. В свою очередь легионеры не только видели это отношение белых, но и все большее отторжение белых местным населением. В тылу они находились рядом с партизанскими республиками, даже принимали участие в зачистках от партизан, так как последние ставили под угрозу железные дороги. Все это они ставили в упрек Колчаку и белым в целом, даже собственные расстрелы партизан. Поэтому так просто было им в дальнейшем «сдать» Колчака.

— Какова их роль в Гражданской войне?
— Как минимум неоднозначная. Именно вооруженное выступление чехословацкого корпуса стало толчком к консолидации антибольшевистских сил летом 1918 года на Востоке России. С самого начала вооруженного выступления, захват городов и населенных пунктов сопровождался массовыми репрессиями, террором. Войска чехословацкого корпуса либо непосредственно участвовали в них, либо не препятствовали осуществлять эти действия своим союзникам по антибольшевистскому выступлению. У меня недавно вышла двумя уже изданиями книга «Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917-1920 гг)» (Москва, Алгоритм, 2017), там много примеров подобных действий. Я попытался ранее в отдельной научной статье, а позднее в указанной книге обобщить имеющиеся данные о численности расстрелянных в 1918 году чехословаками: выходит не менее 5 тысяч человек. Это не считая совместных расстрелов с казаками или белыми формированиями. Правда, стоит отметить, что легионеры не всегда выдавали пленных на расправу своим союзникам. Исключение — красные чехи, мадьяры, их расстреливали сами. Во время боя в плен их обычно не брали, а все же попавших в плен после допроса часто расстреливали, по выражению самих чехов, «направляли в земельный комитет».

— Расскажите, как они смогли захватить Казань? Как местное население их встречало?
— 22 июля 1918 года Владимиром Оскаровичем Каппелем совместно с чехами захвачен Симбирск. В тот период рассматривалось несколько вариантов наступления. Собственно руководство Комуча, которому формально подчинялся Каппель, настаивало на приоритетном наступлении на Саратов. Считалось, что занятие этого города и одноименной губернии увеличивало бы базу проэсеровского режима Комуча. Наступление на Казань в этих условиях резко понижало шансы на одновременный успех на саратовском направлении (что и произошло). Взятие Казани также потенциально растягивало фронт и ставило под угрозу Симбирск. Однако цели Каппеля и чехословаков первоначально совпали. Речь шла, с одной стороны, о золотом запасе, находившемся в городе, а также перспективах дальнейшего волжского наступления. Поэтому последовала практически последняя совместная операция чехословацкого корпуса и подразделений народной армии КОМУЧа. Ключевым моментом стала организация белыми высадки десанта у села Верхний Услон с захватом господствующей высоты. Очевидно, что маневренность белых была выше, чем у красных, это и сыграло свою роль. Вскоре, 6-7 августа 1918 года, Казань была захвачена подразделениями первого чехословацкого полка под командованием поручика Йозефа Швеца совместно с отрядом Каппеля. Захват Казани означал перемены в городе. С одной стороны, он сопровождался массовыми расправами и расстрелами — до 1000 человек в первые дни. Расстреливали советских работников, солдат-интернационалистов, рабочих-активистов. Вряд ли столь массовые расстрелы означали принятие всеми горожанами легионеров и каппелевцев как освободителей. Хотя было и иное отношение к бывшим властителям города, в расправах участвовали местные жители, преимущественно из имущих кругов. Как везде, где появлялись легионеры, были и торжества по захвату города с участием легионерского оркестра. Была кровь, были и хлеб-соль, были балы, работала и контрразведка. Примерно месяц. Потом вернулась Красная армия.

— Как они покидали Россию? Многие ли вернулись на родину?
— Выезд из России, в конечном счете, произошел, как и задумывалось в 1918 году: через Владивосток. Только обстоятельства изменились. Теперь это шло в результате красного наступления. Красные наступали таким темпом, чтобы у легионеров была возможность переместиться на Дальний Восток. Ну а легионеры старались не задерживаться, оставляя им одну за другой железнодорожную станцию в Сибири. Выезжали основательно, со всем приобретенным в России, параллельно препятствуя эвакуации белых по железной дороге. Такое негласное паритетное соглашение устраивало всех, кроме белых. А затем, уже во Владивостоке, в спокойных условиях, не торопясь, легионеры грузились пароходы и плыли в Европу. Уезжали практически все, вместе с прижитым добром и часто семьями.

— Действительно ли они захватили часть золота Колчака и на эти деньги построили Чехословацкую Республику?
— Все не захватили однозначно. Так как многое оказалось у атамана Семенова, а затем в Японии. Кое-что осталось у других белых офицеров, и затем именно белые офицеры-эмигранты и в целом сибирские эмигранты обвиняли чехов в утаивании казанского золота. На мой взгляд, золото у чехов имелось, но явно меньшая часть. Более значимым было вывезенное пароходами имущество легионеров. Последние на Родине не бедствовали.

— Вы уже упомянули красных чехов. Много ли их было?
— Их было не так много: из числа легионеров несколько сотен. Но к красным легионерам присоединились еще большее количество чехов-военнопленных, которые не пошли ранее в легион. Поэтому несколько тысяч было. Среди известных: писатель Ярослав Гашек, Йозиф Поспешил и другие. Отрядов было несколько, численностью в несколько десятков или сотен человек. В Омске был отряд в 150 чехов. В Пензе чуть больший отряд во главе с чехом Славояром Частеком. Были чехи в отрядах Киквидзе, Чапаева и других красных командиров.

— Как в Чехии и Словакии относятся к событиям Гражданской войны в России? Кто для них белочехи — жертвы, герои, предатели?
— В Чехии есть определенный культ чехословацкого корпуса, для них это пример служения Родине, исполнения воинского долга. Так, уже давно реализуется амбициозная программа строительства в России серии памятников по всему маршруту следования чешских легионеров. При этом данные памятники ставятся у вокзалов, в других исторических местах. Эта программа вызывает неоднозначную реакцию в России. Так, места установки памятников часто не учитывают исторических моментов, при этом сами памятники дают однозначную трактовку событий нашей Гражданской войны. Иногда место установки памятников выглядит, мягко говоря, странным, как в Самаре. Здесь памятник пытаются установить на улице Красноармейской, рядом с памятником погибшим бойцам Красной армии. Да и события в Самаре, где осенью, как и в Казани, погибло тоже не менее 1000 человек (в том числе при участии легионеров), не способствуют подобному увековечиванию этой трагедии. Нет в программе и памятников погибшим красным чехам. Памятники фиксируют только одну сторону. Впрочем, не все так однозначно. Можно говорить и о постепенном возвращении в чешскую историю после бархатной революции, и красных деятелей, тех же Ярослава Гашека, Людвика Свободы (воевал в составе легионеров, но позднее возглавил в СССР чехословацкую воинскую часть, стал коммунистом, даже президентом ЧССР). Так, в Праге в 2005 году появился памятник Гашеку, а в Ровно (при чешском финансировании) — чешским частям генерала Свободы, погибшим в годы Второй мировой войны.

— У нас многие любят роман Ярослава Гашека о солдате Швейке. Ваше отношение к этому произведению писателя?
— Это одно из моих любимых произведений. Так как для меня многое с ним связано. Мое детство отчасти прошло в Праге, где 3 года учителями работали мои родители. Мама, в частности, преподавала литературу и русский язык известному сейчас писателю и богослову Андрею Кураеву. Отец преподавал историю. Там, в далеком 1974 году, я пошел в первый класс школы при посольстве СССР в Праге. Швейк, различные игрушки, тогда были очень популярны. Были такие «сувениры» и в нашей семье. Чуть позднее, уже в Ленинграде, в 12 лет я в первый раз с удовольствием прочитал роман Гашека. Правда, полностью его понял, только прослужив два года в Советской армии. Служил, так получилось, в ЮГВ и ЦГВ (Центральная группа войск как раз базировалась в Чехословакии). Рядом были швейковские места. Потом читал роман уже как историк. Каждый раз перечитывал и перечитываю роман по-новому, но всегда с удовольствием. Впрочем, я не один такой в институте истории СПбГУ, у нас роман Ярослава Гашека очень многие историки любят и ценят.

Тимур Рахматуллин      realnoevremya.ruшаблоны для dle 11.2
09-05-2020 23:44 Baxılıb: 5110    
Şərh bildir
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
yenilə, əgər kod görünmürsə
{sape_links}{sape_article}