Как убивали Сталина

"Стюарт Каган - Кремлёвский волк" - мемуары Лазаря Кагановича, записанные с его слов, американским племянником, Стюартом Каганом. США, 1987 год. Москва, 2004 год.

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА. Сюарт Каган. (Stuart Kagan) - племянник Лазаря Кагановича. Его семья перед революцией уехала в Америку, и на этом, их дороги с семьёй Лазаря Кагановича разошлись. В начале 80-х годов Стюарт Каган, заинтересованный личностью своего знаменитого дядюшки, посетил Советский Союз и беседовал с Лазарем Кагановичем в его квартире на Фрунзенской набережной. Результатом этой беседы и является эта книга. Автор книги не владеет русским языком. Беседы автора с Лазарем Кагановичем проходили на еврейском языке. Лазарь Каганович умер в 1991 году. Родившись в 1888 году, он прожил 103 года. Его смерть совпала со смертью советского государства, в строительстве которого он так или иначе принимал непосредственное участие.

Ровно в то время, когда большевики в России брали власть в свои руки, за пять дней до большевистского переворота, 2 ноября 1917 года, под занавес Первой Мировой Войны, незаметно произошло ещё одно эпохальное событие в истории еврейского народа. Министром Иностранных дел Великой Британской Империи лордом Бальфуром, евреям-сионистам была подарена Палестина. Это было сделано в виде «декларации Лорда Бальфура» на имя Лорда Ротшильда. Палестина тогда принадлежала Великой Османской Турецкой империи. Как можно дарить то, что тебе не принадлежит? А вот так: «Дорогой лорд Ротшильд, я (Лорд Бальфур) с огромным удовольствием передаю Вам от имени Его Величества следующую декларацию поддержки сионистских устремлений, рассмотренную и одобренную кабинетом министров: «Правительство Его Величества благосклонно относится к созданию в Палестине еврейского национального дома для еврейского народа, и использует все свои возможности для скорейшего достижения этой цели, но при этом мы заявляем, что это не должно ущемлять гражданские и религиозные права существующих в Палестине нееврейских общин или прав и политический статус евреев в других странах». Я буду благодарен, если вы доведёте эту декларацию до сведения Сионисткой федерации». Лорд Бальфур.
В это время уже стало мощным интернациональное движение сионистов, основанное в конце 19 века Теодором Герцлем. Они требовали для евреев места для создания своего собственного суверенного государства. Им была предложена в Африке государство Уганда. Многие уже согласились, однако агрессивная делегация сионистов из России восприняла это как личное оскорбление и отказалась рассматривать любые предложения, кроме Палестины. Англичане не могли в одиночку справиться с турецкой империей, поэтому они предложили арабам, которые там и жили, бороться вместе с английскими войскам против «турецких поработителей». За это англичане предложили арабам Палестину. Таким образом, англичане продали одну и туже вещь двум разным людям. Один из них неминуемо должен был быть обманут. Естественно, что этими обманутыми людьми стали арабы. Борьбу арабов против турок повёл английский секретный агент полковник Томас Эдвард Шоу, более известный по его кличке «Полковник Лоуренс Аравийский». Совместными усилиями арабо-английские силы под предводительством полковника Лоуренса сломили турецкую армию.
Декларация Бальфура повергла арабов в шок. Они поняли, что англичане их грязно обманули, и они лишились своей земли. Лоуренс тоже был в шоке. Он искренне верил в то, что сам предлагал арабам. Он бросился к своему начальству за разъяснениями. Когда Лоурес ехал на своём мотоцикле, на уровне его шеи кто-то натянул стальной трос.
Усилиями своих мощнейших интернациональных организаций и благодаря поддержке евреев в разных странах, сионисты прочно захватили политическую власть в США и Британской империи и пустили их своими бульдозерами. Строго говоря, главной целью Первой Мировой Войны и была «Бальфурская декларация». А главной целью Второй Мировой Войны было создание государства Израиль. Этот и было на самом деле то, что коммунисты на своём языке называли первой и второй стадией построения коммунистического общества! Всё остальное было просто второстепенным компотом, в результате которого получился «прекрасный еврейский цимес».
Как и 1917 году, не привлекая большого внимания, 14 мая 1948 года Организация Объединённых Наций официально объявила решение о создании двух государств: арабского и еврейского. Еврейское государство Израиль с неустанной помощью США и Англии впоследствии само стало супердержавой, в то время как остатки потенциального арабского государства добиваются в лагерях беженцев.
Андрей Громыко, как представитель СССР в ООН, лично приложил максимум усилий для создания государства Израиль. Президент Трумен, портрет которого красуется в Белом Доме в масонской форме, послал своего государственного секретаря Дина Ачесона в Москву, чтобы встретиться с Молотовым относительно как можно скорейшего признания государства Израиль.
Лазарь встретился с Ачесоном и пытался хотя бы задержать признание государства Израиль.
- Я сам еврей - Сказал Лазарь Ачесону - И я против этого. Что хорошего может принести создание еврейского государства на Ближнем Востоке? Территория – пустыня. Что это будет – государство паразитов? Ничего не растёт. Нефти нет. Полезных ископаемых нет. И, самое главное – а что делать с миллионами арабов? Мы не понимаем, что мы сами делаем. Если арабским странам это не понравится, мы останемся без нефти. У нас в СССР нефти хватает, а у вас другая ситуация.
Лазарь знал положение в США. Он знал, что Трумэн заложник, и у него нет другого выбора. Из окна американского госпиталя для высокопоставленных чинов в Вашингтоне выбросили министра обороны США Джеймса Форрестола, который был резким противником создания государства Израиль. На шее у Форрестола предварительно был затянут пояс от его халата. Перед этим Форрестола упекли в госпиталь по причине «нервного срыва».
- В Америке тоже есть свои «кремлевские врачи. - Заметил на это Лазарь.
Пресса Америки объявила о самоубийстве Форрестола, дескать, на почве сумасшествия. Лазарь как никто другой был знаком со всеми этими штучками. Его удивляло другое, каким образом Америке обеспечивался положительный имидж в прессе, тогда как СССР был превращён в империю зла.
В том же 1948 году на Ближнем Востоке израильтянами был убит личный посланник ООН шведский принц Бернадотт, который настаивал на параллельном создании арабского государства. В апреле 1948 года израильские головорезы полностью вырезали арабское село Дер Яссин и взорвали отель «Царь Давид», набитый английскими солдатами. Оружие для создания армии государства Израиль было поставлено из Чехословакии, которая находилась под полным контролем ведомства Берии.
Государство Израиль было провозглашено 14 мая 1948 года. США признали Израиль в тот же самый день. Это была синхронная работа одной организованной силы во многих странах.
СССР признал государство Израиль на третий день. В СССР прибыла израильский посол Голда Мейер. Голда Мейер был самой близкой подругой жены Молотова Полины Жемчужиной, с которой училась ещё в гимназии. Советские евреи устроили ей грандиозный приём. Они заполонили улицы столицы, круглосуточно дежурили у гостиницы Голды Мейер и встречали восторженными овациями каждое её появление. Никогда и ни один глава иностранной державы не имел такого успеха в СССР, не говоря уже о каком-то после. Москва бурлила и радовалась. Всё остальное было затменено.
Сталин был в шоке. Все евреи, которые имели в паспорте национальность «русский» ликовали в столице. Сталин теперь имел возможность лицезреть, как в действительности много евреев в Москве. Казалось, что это подавляющее большинство жителей столицы.
Сталин созвал экстренное заседание Политбюро:
- Вот чего мы добились, стараясь казаться цивилизованной страной и поддавшись мировым закулисным играм! Это нам благодарность от евреев! Евреи до сих пор не могут нормально ужиться с другими народами. За очень редким исключением.
И он посмотрел в сторону Кагановича.
- Евреи всегда и везде представляют собой опасность. Каждый еврей-москвич имеет связь с заграницей. Мы стоим перед угрозой мирового сионизма!
Лазарь выдержал взгляд. Сталин, как всегда, ждал ответа. Лазарь кивнул. Сталин улыбнулся.
Лазарь уже руководил «чистками» 30-х годов. Теперь же ему предстояло взяться за своих евреев. А что ему ещё оставалось делать, если его прямо поставили именно перед этой задачей? Здесь уже нельзя было прикрываться ничего не значащими социально-демократическими и троцкистко-фашисткими ярлыками, под которые можно было подвести кого угодно, хоть Иисуса Христа. Сказать: «Я всех почистил, а своих – не буду?» Конечно, Лазарь будет саботировать, конечно, он зачислит в евреи самих русских, но он это сможет сделать только до определённой степени. Он не может ставить себя под удар.
Лазарю пришлось распустить Еврейский Антифашистский Комитет и арестовать его лидеров, которые не скрываясь работали на Америку и международный сионизм, а, между прочим, шла «холодная война», и Америка собиралась применить против СССР атомную бомбу, которой у СССР ещё не было. Пришлось закрыть Еврейский театр в Москве, фактически уже подчинявшемуся министерству культуры Израиля. Министерства, партийные организации, научные институты и учебные заведения были очищены от засилья еврейского персонала с откровенными симпатиями к Америке и Израилю. Лазарь про себя только умолял их: «Только не наглейте! Не лезьте на рожон! Ну, посидите тихо!». Однако они не могли сидеть тихо. На особо важных предприятиях пришлось даже ввести квоту, определявшую число руководящих работников еврейской национальности. Многие наиболее ретивые деятели еврейства оказались за решёткой.
Однако Лазарь продолжал ждать своего звёздного часа.
Сталин организовал специальный комитет для выработки новой программы КПСС. Лазарь вошёл в него. Вместо новой программы КПСС, этот комитет под руководством Лазаря организовал Президиум, состоявший из двадцати полноправных членов и одиннадцати кандидатов. По его замыслу этот новый орган государственного управления со временем должен был заменить Политбюро и ослабить ведущую роль Сталина. Одновременно Лазарь расширил Секретариат Центрального Комитета: вместо пяти человек в него ввели десять нужных людей.
Однако всё это не давало желаемых результатов. Все попытки под видом реформ дестабилизировать государственный аппарат пресекались Сталиным на корню. Сталин становился всё сильнее и сильнее. Ситуация для Лазаря становилась всё не благоприятней.
Происходили изменения и в частной жизни семьи Кагановичей. Майя выросла, стала архитектором и жила отдельно. Мария часто навещала её. Дача дочери была недалеко от их собственной. В это время Лазарь стал ещё меньше контактировать с женой и дочерью. В 1951 году скончался брат Юрий. Известие пришло от Ани, которая написала Марии, что Юрий умер от рака лёгкого в Нижнем Новгороде. Но это известие совсем не тронуло Лазаря. Он никогда не был близок к Юрию, и не встречался и не говорил с Юрием последние лет шесть. Он знал, что Юрий заядлый курильщик, и на вскрытии его лёгкие были чёрного цвета.
В августе 1952 года Лазарю опять мягко напомнили, что он не достаточно серьёзно занимается еврейской проблемой. Пришлось закрыть еврейские театры не только в Москве, а также прекратить выпуск еврейских газет и журналов. Аресты евреев коснулись даже высшего эшелона власти. Была арестована жена В.М. Молотова Полина Жемчужина, она же Пери Семёновна Карповская. Жемчужина не была просто женой Молотовой, типа жены Кагановича – она была активной в политике и состояла кандидатом в Члены ЦК КПССС на восемнадцатом съезде партии. Она являлась не только троцкисткой, но и сионисткой. Обнаружилось, что в своё время Голда Мейер являлась её лучшей подругой, а сестра самой Полины проживала в Палестине, и они переписывались до 1939 года. Родной брат Полины Жемчужиной жил в Америке. Нависла тень и над другими крупными партийными и государственными лицами. Так, кроме Молотова, жену еврейку имел Ворошилов, у Берии мать была еврейкой, зять Хрущёва, Аджубей, в последующем редактор «Известий», был евреем. Булганин с самой революции состоял в браке с еврейкой, был обязан ей своей карьерой и симпатизировал Израилю всей душой. Аресты были и среди знакомых Лазаря. Арестованный еврейский поэт Ицик Фефер был личным другом Лазаря. Арестованный писатель Давид Бергельсон был близким другом Полины Жемчужиной-Карповской-Молотовой. Многие аресты уже не контролировались Лазарем. Всё шло через Берию. В лице Берии Лазарь столкнулся с достойным претендентом. Все арестованные даже не пытались отрицать, что они в той или иной степени работают на Америку и осуществляют саботаж внутри СССР. Троцкий был мёртв, об этом позаботился Сталин – но дело его жило. Неотроцкисты-интернационалисты перешли в контратаку. А ведь шла «холодная война» и американцы только и искали предлога, чтобы предпринять ядерную бомбардировку СССР. Развязанная США агрессия против сопредельной с СССР Кореи была хитрым манёвром, чтобы вовлечь в конфликт СССР. В последующем таким провокационным манёвром станет Вьетнамская война.
Лидия Тимашук была просто рентгентехником в кремлёвской больнице. Он честно написала Сталину письмо, в котором, не побоявшись возможных последствий от написания подобного письма, подписанное своим полным именем, заявила, что она неоднократно имела возможность наблюдать, что лечение, назначавшееся высокопоставленными врачами, не соответствовало элементарным схемам, известным даже любому медицинскому студенту.
Сталин прекрасно знал, что Свердлов, Ленин, Дзержинский, Менжинский, отец и сын Горькие – Пешковы, Куйбышев, Орджоникидзе были отравлены, а Фрунзе просто лишён кислорода на операции. Врач Ленина, Левин, был известным отравителем НКВД, лично подчинявшийся Троцкому, а затем Ягоде. Когда в 1943 году профессиональный убийца НКВД, генерал Уолтер Кривицкий стал невозвращенцем и остался в Вашингтоне, то он заявил, что искусство отравления в ягодовском НКВД достигло совершенства. Например, для того, чтобы отравить мешавшегося руководителя НКВД Менжинского, по приказу троцкистов все стены, где он жил и работал, были покрашены жидкой ртутью и ещё налито под пол, поэтому он постоянно болел, и в конце-концов преждевременно умер. При этом не надо думать, что эта практика касалась только верхнего эшелона власти. Наивно также полагать, что впоследствии с этой практикой было покончено, или что США это не практиковали. Наоборот, в арсенале современных отравителей появились ещё более уточенные и научные методы, например радиоактивность. Соперник президента Эйзенхауэра на президентских выборах 1952 года, американский сенатор Тафт, скоропостиженно скончался от рака бедра – совершенно необычной форма рака. Сотрудники Тафта вспомнили, что за несколько месяцев до этого, рядом со столом сенатора, появился какой-то ящик, ящик стоял именно со стороны поражённого бедра и сразу исчез после смерти Тафта. В 1966 году на операции в кремлёвской больнице, так же как и в своё время Фрунзе, был лишён кислорода гениальный Главный Конструктор космических и баллистических ракет Сергей Королёв. Королёву сказали, что у него, якобы, рак прямой кишки и уговорили на операцию. Королёв не сошёл с операционного стола. Интересно, что Королёву предложили самую кровавую операцию из всех возможных, которую в принципе не рекомендуют, и, если делают, то делают по частям. При раке прямой кишки существует масса других вариантов. Например, его лечат дозированным облучением. Операцию при раке прямой кишки обычно предпочитают только лёгкую: просто выведение кишки на переднюю поверхность брюшной стенки. Королёву же начали выдёргивать всю прямую кишку вместе с дном тазовой полости и удалением всех лимфоузлов, что является чрезвычайно кровавой, тяжёлой и многочасовой операцией. Эти операции если и делаются, то проводятся только на управляемом дыхании аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Человек сам не способен перенести эту операцию. Однако кремлёвская профессура не стала помогать Королёву искусственной вентиляцией, сославшись на технические трудности. Операцию стали делать без искусственной вентиляции, и Королёв умер прямо на операционном столе от недостатка кислорода. В 1978 году в Лондоне был убит болгарский писатель Георгий Марков. Его укололи зонтиком в толпе, введя капсулу смертельного яда рицина. В том же 1978 году был отравлен папа Римский Иоанн Павел Первый, предшественник нынешнего, польского, папы Римского Иоанна Павла Второго. Молодой Папа Иоанн Павел Первый очень недолгое время побыл папой.
По сообщению Лидии Тимашук министр госбезопасности Абакумов, приказал Рюмину, начальнику следственного отдела, потерять письмо Тимашук. Абакумов даже арестовал Рюмина, чтобы замести следы этого письма. Это дошло до Сталина, и он распорядился Рюмина освободить. Более того, Сталин сместил самого Абакумова и назначил новым министром Игнатьева. На тот момент троцкистской оппозиции уже удалось разбить единое НКВД на два отдельных министерства: госбезопасности и внутренних дел. Сталин приказал Игнатьеву взять расследование «дела кремлёвских врачей» под свой личный контроль.
В своём письме Лидия Тимашук пошла дальше, она конкретно назвала вредительскую кремлёвскую агентуру – еврейской. Факт был фактом. Все врачи, которые были замечены в проведении не общепринятых методов лечения, действительно были по национальности евреями. И этот факт было невозможно игнорировать. Как свежие примеры приводились внезапные смерти молодых секретарей ЦК КПСС Жданова и Щербакова, которым не было и пятидесяти лет. Дело было предано огласке. ТАСС назвал имена только девяти наиболее известных злоумышленников. Полный текст заявления ТАСС: «Некоторое время тому назад органами безопасности была раскрыта террористическая группа врачей, ставивших своей целью, путём вредительского лечения, сокращать жизнь активным деятелям Советского Союза. В числе участников этой террористической группы оказались: профессор Вовси М.С., врач-терапевт; профессор Виноградов В.Н., врач-терапевт; профессор Коган М.Б., врач-терапевт; профессор Коган Б.Б., врач-терапевт; профессор Егоров П.И., врач-терапевт; профессор Фельдман А.И., врач-отоларинголог; профессор Этингер Я.Г., врач-терапевт; профессор Гринштейн А.М., врач-невропатолог; Майоров Г.И., врач-терапевт. Документальными данными, исследованиями, заключениями медицинских экспертов и самими признаниями арестованных установлено, что преступники, являясь скрытыми врагами народа, осуществляли вредительское лечение больных и подрывали их здоровье. Следствием установлено, что участники террористической группы, используя своё положение врачей и злоупотребляя доверием больных, преднамеренно, злодейски подрывали здоровье последних, умышленно игнорировали данные объективного исследования больных, ставили им неправильные диагнозы, не соответствующие действительному характеру их заболевания, а затем неправильным лечением губили их. Преступники признались, что они, воспользовавшись болезнью товарища А.А.Жданова, неправильно диагностировали его заболевание, скрыв имевшийся у него инфаркт миокарда, назначили противопоказанный этому тяжёлому состоянию режим и тем самым умертвили товарища А.А. Жданова. Следствием установлено, что преступники так же сократили жизнь товарища А.С. Щербакова, неправильно применяли при его лечении сильнодействующие лекарственные средства, установили пагубный для него режим и довели его таким путём до смерти. Врачи-преступники старались в первую очередь подорвать здоровье советских руководящих военных кадров, вывести их из строя и ослабить оборону страны. Они старались вывести из строя маршала Василевского, маршала Говорова, маршала Конева, генерала армии Штеменко, адмирала Левченко и др. Однако арест расстроил их злодейские планы, и преступникам не удалось добиться своей цели. Установлено, что все эти врачи-убийцы, ставшие извергами человеческого рода, растоптавшие священное знамя науки и осквернившие честь деятелей науки, состояли в наёмных агентах у иностранной разведки. Большинство участников террористической группы были связаны с международной еврейской сионисткой организацией «Джойнт», созданной американской разведкой, якобы для оказания помощи евреям в других странах. На самом же деле, эта организация проводит под руководством американской разведки широкую шпионскую террористическую и иную подрывную деятельность в ряде стран, в том числе, и в Советском Союзе. Арестованный Вовси заявил следствию, что он получил директиву об истреблении руководящих кадров СССР из США от организации «Джойнт» через врача в Москве Шимелиовича и известного сиониста Михоэлса. Другие участники террористической группы оказались давнишними агентами английской разведки. Следствие будет закончено в ближайшее время».
Следствие было не закончено, ни в ближайшем времени, ни в будущем ввиду отравления самого Сталина. Всё сказанное в коммюнике было чистой воды правдой. Никогда Сталин не клеветал на своих врагов-троцкистов. Более того, то, что вскрывалось органами безопасности в конце 30-х годов под руководством Ежова, было только надводной частью айсберга. Деятельность троцкистких-космополитических элементов в СССР была настолько отвратительной, что троцкисты и их преемники – неотроцкисты объявили Сталина одержимым маньяком и списали на него все жертвы своих кровавых преступлений против русского народа.
Израиль отреагировал мгновенно, как и всегда объявив всё антисемитизмом. В мировой истории наступил коренной перелом, который до широкой массы доведён не был. Теперь в мире основной цитаделью «мировой революции» был не СССР и даже не США – этим форпостом стало новое государство Израиль. Теперь то, что называется мировым «прогрессивным общественным мнением» будет позиция не СССР и не США – это будет позиция государства Израиль.
Израиль дал понять СССР, что он не потерпит никаких поползновений в сторону евреев, независимо от того, правда, предъявляемые им обвинения или нет. В посольстве СССР в Израиле ворвалась бомба.
Сталин тоже не был мальчиком для битья и разорвал дипломатические отношения с Израилем. Ему было непонятно: вчера только вылупились на свет – сегодня они уже диктуют всему миру. Но он догадывался, что его крупно обманули, когда тихо и незаметно провели признание государства Израиль, как незначительное событие, не имеющее вообще никакого значения. «В Москве сотня посольств этих банановых республик – какая разница если будет ещё одна?» - Говорило его окружение. Однако Израилю не готовилась функция банановой республики.
Однажды в два часа ночи Булганин, Молотов, Ворошилов и Лазарь уезжали с дачи Сталина. Они обсуждали вопрос о том, кому должен будет подчиняться Министр Иностранных дел: вновь созданному Президиуму или Центральному Комитету. Сталин предложил им встретиться на следующее утро в девять часов, чтобы окончательно решить этот вопрос. И они воспользовались предоставленной им возможностью: для «дальнейшего» обсуждения они все направились на дачу Ворошилова в Жуковку. Место оказалось очень удачным. Жена и дети Ворошилова на даче в то время отсутствовали, слуг он отпустил и охрану тоже. Поэтому они могли не бояться, что их подслушают. Первым высказался хозяин - скрытый еврей Ворошилов:
- Вы видите, что Коба сейчас делает то же, что и Гитлер. Он – ярый антисемит! Ему нужен козёл отпущения.
Ворошилов единственный, ещё называл Сталина кличкой сорокалетней давности. Его поддержал Булганин. Его жена была врачом, и Булганин любил демонстрировать при каждой возможности свои «медицинские» познания.
- Думаю, что Коба страдает манией преследования. В разговоре он дал мне понять, что вы трое плетёте против него заговор.
Лазарь насторожился:
- И я тоже? Он и на меня думает?
Булганин кивнул:
- Он знает, что ты считаешь, что дело врачей производит ужасающее впечатление за рубежом.
- Ну и что? Это же за рубежом! А что мы?
Молотов заходил по комнате. Он очень устал и не переставал тревожиться за жену.
- Он знает, Лазарь. Он всё знает.
Молотов подошёл к окну и слегка отодвинул штору. Начинало светать. Опять заговорил Булганин:
- Сталин готовит почти полное уничтожение Центрального Комитета. Я знаю об этом, поэтому мы должны его остановить.
Он посмотрел на Лазаря.
- Ты должен знать об этом. Разве Роза тебе ничего такого не говорила?
Лазарь сверкнул глазами:
- Роза ничего мне не рассказывает. Она его почти не видит. Он больше не проявляет к ней интереса. Я за неё даже боюсь. Николай, дни увеселений на ближней даче прошли. Она всего лишь врач и только назначает ему лекарства.
Лазарь вдруг осёкся. Все устремили свои взгляды на него. Он, в свою очередь, смотрел на них. Каждый знал, о чём все подумали. Никто не произнёс ни слова. Они должны довериться друг другу. Это был единственный выход. Наконец, Молотов собрался с духом и спросил:
- О каких лекарствах ты говоришь?
Настал решительный момент. Лазарь понял, что проговорился и выдал часть своего плана. Но он также сознавал, что обстоятельства изменились. Он огляделся: Молотов, Булганин, Ворошилов – все старые друзья-товарищи, им доверяют, они любят свою страну и, прежде всего, своё положение в ней.
Ворошилов был устранён от всех военных дел прямо в середине войны. Не секрет, что Сталин держал его просто как старого политического союзника, а не как специалиста, просто как того, который уже сорок лет зовёт Сталина «Коба». Это были странные отношения, как будто Сталин был чем-то обязан Ворошилову. Сталин мог себе позволить быть великодушным. Он мог позволить себе быть великодушным к человеку, который перестал быть полезным, а сказать по правде, никогда им и не был.
Лазарь перевёл глаза на Булганина. Николай был другой старый друг. Он был с самого начала. Лазарь заметил, что его мерцающие глаза и козлиная бородка придают ему солидный вид, как будто он был настоящий правитель государства.
Молотов тоже видал разные времена. Он потерял жену, и сам находился под угрозой.
И был он сам, Лазарь – преданный слуга вождя, сопровождающий его везде. Но, теперь вставал вопрос о самосохранении, а выживание всегда было главным мотивом Лазаря. Он должен двигаться вперёд.
По отдельности они не могут осуществить задуманное, но сообща они сделают это.
Лазарь вздохнул и посмотрел на потолок.
Да, они должны знать и составить одно целое. Он уже много раз говорил об этом с Розой, но важно, чтобы она сама оставалась в тени и ни в коем случае не присутствовала при их разговорах. Её надо оберегать любой ценой.
Ворошилов поднял руку. Обычно он так делал перед тем, как хотел что-то сказать, независимо от того, сколько человек было в комнате, один или дюжина.
- Мне ясно, что нам надо делать. Небольшая доза яда подсыпается в его вино, а оно в последнее время не берётся на анализ, и он впадает в кому. А с его слабым сердцем смерть неминуема. Только это должен быть не яд как таковой, а лекарство, ускоряющее смерть.
Он говорил, как настоящий знаток. Все посмотрели на Лазаря. Ведь это он предложил всем собраться на эту встречу.
- Правильно, но не совсем. Давайте посмотрим, что нам известно.
Из внутреннего кармана Лазарь достал свёрнутый листок бумаги и развернул его. Он его не читал, но просто держал на всякий случай.
- Это заключение Егорова, начальника кремлёвской больницы. Сталин перенёс небольшой инсульт. Но без последствий. Инсульт развивается в результате закупорки сосудов головного мозга сгустком крови. Сталин не принимал лекарств от сердца. Причины две. Первая, если работа сердечной мышцы ослаблена, ему бы прописали дигиталис, и, по словам Егорова, не существует лабораторных методов определения уровня дигиталиса в крови. Отсюда вторая причина: Сталин, как вы знаете не принимает лекарств, особенно тех, которые нельзя определить в крови. К его счастью, и к нашему огорчению, он не нуждается в препаратах дигиталиса.
Он сверился с бумагой. На полях что-то было написано карандашом. Было очевидно, что Роза написала ему эти объяснения для того, чтобы он сам мог это объяснить. Таким образом, врачи не считают нужным прибегать к дигиталису. Они думают, что в данном случае надо использовать лекарство, которое способно разжижать кровь и, значит, предупреждать образование сгустка. Это лекарство, белый кристаллический порошок, используется только в микроскопических дозах, потому что это всем известный крысиный яд – «Дикумарол».
Молотов встрепенулся:
- Я знаю это вещество. Точно – крысиный яд.
- Правильно, - ухмыльнулся Лазарь. – Но в микроскопических дозах – это, так называемый, антикоагулянт, вещество, разжижающее кровь. Оно, по идее, должно предотвращать закупорку сосудов. Сталин принимает два с половиной миллиграмма дикумарола утром и вечером.
- А какой-нибудь анализ проводится? – спросил Булганин.
Лазарь опять сверился с бумагой:
- Да. Сразу после инсульта у него взяли кровь на анализ, чтобы определить время свёртывания. Сначала это делалось ежедневно, потом – два раза в неделю, чтобы установить соответствующую дозу дикумарола. Всё очень просто. А теперь, когда доза установлена, этот анализ проводится только раз в месяц.
- А что дальше? – потерял терпение Булганин.
- Что дальше? Я не врач, мне только сообщили, что дозу постоянно не проверяют.
- В каком виде принимается этот препарат? – вставил свой вопрос Молотов.
- Обычные белые таблетки. Ничем не примечательные. Он держит их под замком, словно боится отравления.
- И именно это ты и предлагаешь? – спросил Ворошилов.
- Нет. Мы заменим таблетки другими, внешне похожими. Вместо пяти миллиграммов в день он будет принимать двадцать. Сталин ни за что не отличит их. Если дозировка повышена, то этот крысиный яд имеет способность быстро накапливаться в крови.
- А результат? – поинтересовался Молотов.
- Увеличить дозу – не значит убить его. Его кровь станет плохо сворачиваться, а значит, увеличится шанс кровоизлияния в мозг. Вот вам и другой инсульт – кровоизлияние в мозг, то есть не ишемический, а геморрагический инсульт, который ещё хуже.
- Какова вероятность? – спросил Булганин.
- Учитывая его недавний инсульт, довольно большая.
Ворошилов опять поднял руку:
- А можно ли проследить происхождение таблеток?
- К кому приведёт следствие? - К фармацевту.
- А кто введёт лекарство? – раздался голос Молотова.
- Сам Сталин. Знаете более подходящую кандидатуру?
Молотов заходил по комнате, заложив руки за спину, погружённый в мысли. Все глазами следили за ним.
- И Роза выпишет рецепт?
Установилась тишина. Лазарь сделал глубокий вздох.
- Ей это делать не обязательно. У нас здесь имеется нужное количество каких хочешь бумажек.
- А это сработает? – с тревогой произнёс Булганин.
- Должно сработать. У нас просто нет другого выхода.
- А где хранятся все лекарства?
- В его кабинете. В закрытом на ключ шкафчике. Все эти лекарства прописаны Розой, хотя Сталин предпочитает лечиться дедовскими методами.
Лазарь повернулся в сторону Молотова:
- Я хочу, чтобы её не было в пределах страны, когда это произойдёт. Думаю, ты сможешь организовать ей какую-нибудь поездку.
Молотов пристально посмотрел на Кагановича.
- Канада подойдёт?
Лазарь кивнул.
- А другие? – раздался голос Ворошилова.
Булганин заулыбался:
- А что другие? Только Георгий (Маленков) и Анастас (Микоян) имеют голову на плечах, и у них достаточно ума оставаться в тени. Они не станут поддерживать нас, но и мешать не будут. Их молчания нам вполне достаточно.
- Тогда…, - произнёс Лазарь, осознавая всю ответственность момента. – Тогда…
Он опять обвёл взглядом всех, стоящих рядом. Они смотрели на него в напряжённом ожидании. Затем все молча переглянулись. Решение было принято.
Сталин слышал о ночном собрании, но он ничего не спросил, поскольку отчет, который он требовал, в девять утра был у него на столе, хотя он сам появился у себя в кабинете в Кремле только к двум часам дня. Сталин даже не поинтересовался, почему собирались только четыре члена Президиума.
17 февраля 1953 года Сталин в последний раз принял кого-нибудь. Это был индийский посол К.П.С. Менон, который, как обычный восточный дипломат, явился поздравить Сталина с давно прошедшим днём рождения и обсудить вопросы развития отношений с двумя странами. Индия только получила формальную независимость от незаметно скончавшейся Британской империи. Империалисты гнали Индию в контролировавшуюся американцами Организацию Стран Юго-Восточной Азии. Издыхающая Британская Империя напоследок разбила целостную Индию на несколько разных государств с разными религиями по принципу: «Теперь всё равно не наше – бей на части!». Одна огромная Британская Индия была разбита на собственно Индию, два Пакистана, Непал, Бирму и так далее. Более того, чтобы сразу вызвать хаос и, соответственно, потом снова «придти на помощь», англичане прирезали мусульманский штат Кашмир не мусульманским аж двум Пакистанам, а именно индуистской Индии. Этим англичане заминировали этот регион возможностью широкомасштабной войны, которая постоянно тлеет с того самого времени.
Сталин как всегда поигрывал карандашом и блокнотом и делал небольшие рисунки того, что было в его мыслях. В этот день он рисовал волков в различных позах.
- Кто любит волков? – Спросил посол Менон. Он не мог не заметить, что Сталин думал о чём-то своём. Сталин сосредоточился на рисунках.
- Сталин простой, но умный человек. - Сказал Сталин - Когда волки на него нападают, то он не пытается учить их морали, а просто убивает их. Волки это знают и ведут себя соответствующе.
- Откуда вы об этом знаете? – Спросил Менон.
Сталин рассмеялся:
- Вот станьте овцой – они тут же около вас появятся!
- Вы… Премьер… – овца?
Сталин продолжал смеяться.
- Не дайте себя обмануть, господин Посол! Когда будете уходить, внимательно посмотрите вокруг себя! Понимаете, о чём я говорю? Если волки показывают свои зубы, то они, в отличие от меня, не смеются!
Лазарь уже в течение нескольких недель не видел Сталина. Он только надеялся, что Роза и сама сумеет сделать всё как надо. Лазарь вспомнил свою религию и еврейский праздник Пурим, который они справляли в далёких теперь Кабанах. Каждую весну в марте месяце евреи отмечают праздник Пурим. Этот праздник посвящается знаменательному событию в истории еврейского народа. Три тысячи лет назад еврейская красавица Эсфирь и любимая жена персидского императора Артаксеркса погубила персидского премьер-министра Амана, который, якобы, планировал уничтожить еврейский народ. Вместо этого Эсфирь послала на казнь самого Амана, а с ним и многих персов. Аману перед смертью отрезали уши. Праздник Пурим считается весёлым праздником. Сжигаются и бьются палкой чучела Амана; печётся печенье в виде уродливых человечков – это Аман, дети отрывают ему руки и ноги, и едят их. Положено напиваться, чтобы нельзя было отличить плохого злодея от хорошего. При упоминании слова «Аман», все должны шуметь и топать. Самый деликатес в Пурим – блюдо называемое «Уши Амана» - это сладкие маковые пирожки.
- Эсфирь – думал Лазарь - Роза, Эсфирь, Роза…. -- Лазарь чувствовал свой пульс, бьющимся синхронно с пульсом истории. Это было то, ради чего он терпел, маскировался и работал всю свою жизнь. Настал его звёздный час.
Поздно вечером в воскресенье 1 марта 1953 года члены нового Президиума собрались в кабинете Сталина в Кремле. Ничего необычного в этом заседании не было: члены партии и правительства часто обсуждали со Сталиным важные государственные дела в такой поздний час. Лазарь сразу перешёл к делу. Он предложил назначить комиссию, чтобы разобраться с «делом врачей». Он сказал: «Нет никаких доказательств их вины, а их уже два месяца держат в тюрьме». Сталин был ошеломлён таким оборотом. Он откинулся на спинку своего кресла и, не отрываясь, смотрел на Кагановича, словно он ослышался. Но Лазарь не терял времени: он сразу предложил провести голосование. Один за другим все собравшиеся за столом подняли руки, только Берия и Хрущёв отказались. Лазарь грозно взглянул на своего выдвиженца, но этот лысый коротышка отвёл взгляд и уставился на Сталина. Лицо Сталина побагровело. Сталин поднялся с кресла и ударил кулаком по столу: «Предатели». Члены Политбюро застыли на своих местах, только Лазарь продолжал стоять на своём месте. Лазарь твёрдо заявил: «Если мы свободно не выйдем из вашего кабинета, то в Кремль будут введены верные нам части!» Сталин взглянул на Берия. Тот притаился в углу, и мотал головой из стороны в сторону.
Сталин вышел из-за стола. Было видно, что он потрясён. Он ткнул пальцем в грудь Лазаря: «Предатель»
Затем Сталин попытался дотянуться до кнопки, чтобы вызвать охрану, но Микоян и Молотов оттолкнули его руку. Спотыкнувшись о край ковра, Сталин упал, при этом головой он ударился об угол стола…
Он лежал, не шевелясь, и его глаза уставились в потолок, слюна капала на его усы. Все присутствующие в оцепенении и с ужасом смотрели на лежавшего у их ног Сталина…
Сталин начал стонать…
Булганин подбежал к Сталину. Молотов бросился к шкафчику с лекарствами. Лазарь взял со стола тяжёлую, мраморную промокательницу и разбил ей стекло шкафчика. Посыпалось стекло. Ворошилов встал в дверях, чтобы никто не вошёл и не вышел, но только Берия пытался выбежать. Лазарь вложил в руки Молотова пузырёк с прозрачной жидкостью. Булганин поддерживал Сталину голову. Глаза Сталина были фиксированы на одной точке. Молотов поднёс пузырёк к губам Сталина. Булганин надавил ему на щёки. Рот Сталина открылся, и Молотов вылил содержимое пузырька в рот Сталину. Сталин автоматически проглатывал жидкость, осталось только на донышке. Закончив, он закрыл глаза. Булганин продолжал держать его голову в своих руках и немного её покачивал. Через несколько минут Сталин начал дышать ровнее, багровость его лица исчезла. Присутствующие в кабинете переглянулись. У некоторых на глазах стояли слёзы. Никто не произнёс ни слова. Всё было почти кончено.
Поскольку Сталин ещё дышал, его перевезли на дачу в Кунцево. Никто специально не хотел скрыть, что это случилось в Кремле. Это получилось само собой. Первое правительственное сообщение и передавало, что это случилось в Москве. Просто основная масса людей подключилась к ситуации в Кунцеве, а непосредственные участники, поскольку это очень смахивало на убийство, сочли за благо, не упоминать о кремлёвском происшествии – в Кунцеве, пусть будет в Кунцеве. Чем меньше об этом известно, тем лучше...
Проехали пять огромных чёрных лимузинов. Арбат пришёл в норму. «Хозяин поехал», - провожали взглядами лимузины прохожие.
В одном из них сидел Лазарь Каганович и перебирал чётки в руках. Казалось, он слышал, что говорили прохожие.
«Да - это так – хозяин», - согласился Лазарь, он становится хозяином. Приходит решающий день. Он слегка отодвинул шторку и посмотрел в окно. Городские улицы сменились подмосковными деревенскими улицами. Ещё везде лежал снег. Сказка. Девственная чистота. Подмосковные дачи имели свою прелесть: с их белыми стенами, печками и треугольными крышами. Сорок лет назад он впервые приехал в Москву. Сорок лет, а кажется, что это было только вчера. В ноябре ему исполнилось шестьдесят. Также быстро пролетели и эти четыре дня с того заседания Политбюро, на котором произошла стычка со Сталиным. Лазарь хорошо запомнил выражение лица Сталина в тот момент, когда он потребовал отменить приказ о прекращении дела врачей: Сталин явно не ожидал такого оборота дела.
- Неужели он подумал, что я забочусь о евреях? Что я переметнулся? Что я стал их защитником? - Лазарь нахмурился.
- Сталин подумал, что кровь всё-таки сильнее личной преданности. – Пробормотал Лазарь.
Как однажды сказал дядя Лёвик: «Кровь это твоя кровь, твоя кровь, твоя кровь!». Лазарь тряхнул головой. Это был вопрос его личного выживания, а не евреев в целом. Но он же еврей. Спасая себя, не спасал ли он еврея, а значит и евреев в целом? Лазарь уставился в потолок автомобиля. А может ли еврей прийти к власти в этой стране? Если его отверг Сталин, то разве русские не сделают тоже самое? Могут ли они вообще принять еврея? Вопрос был болезненным. Его лицо скривилось в гримасе. «Так вот о чём думал дядя Лёвик? Вот о чем он в действительности думал!» - Произнёс Лазарь, сдерживая дыхание: «Главное, чтобы евреям было хорошо».
В памяти Лазаря постоянно прокручивалась как бы плёнка того события, особенно, Сталин, пытающийся вызвать помощь. Он видел Микояна, отталкивающего сталинскую руку от звонка. Почему из всех это был именно Микоян? Лазарь был удивлён:
- Анастас всегда был «тише воды - ниже травы». Он всегда старался держаться в сторонке. А здесь… Кто ожидал от него такой прыти?
В течение последних трёх дней Сталин был на грани жизни и смерти, то приходя в сознание, то снова теряя его. Однако реально, никто не оказывал ему медицинскую помощь. Его просто изолировали. С того самого момента, за несколько дней, никто даже не дал Сталину стакана воды. Все думали только о себе. Тот неизвестный пузырёк, который Лазарь влил ему в рот, был последней влагой, которую испил Сталин. Мысли крутились в голове Лазаря: «В конце-концов человек может прожить без воды только три дня. Как раз ему этого и хватило, плюс наша «помощь». Ведущие врачи страны тряслись как осиновые листья и предпочитали подстраховывать свои собственные задницы. Они только проводили коллективные консилиумы, чтобы уйти от личной ответственности. Создавалась видимость оказания медицинской помощи – «коммюнике о состоянии здоровья». Никто из них как положено даже не осмотрел больного. А Сталин был всё-таки прав, когда хотел посадить их. Редкая гнида. Они ещё хуже, чем мы, его «окруженцы». Конечно, мы сами отобрали кандидатуры врачей. Среди них не было никого, кто бы не понимал, что от них требуется».
Сталину между тем становилось лучше. Один из врачей заметил, что это «классический случай улучшения перед смертью». Без элементарной воды, Сталину, надо думать, действительно, не могло стать лучше.
«Специалисты… Чтоб я ещё сам обратился к врачу, или кого-нибудь доверил?!» - Подумал Лазарь: «Надо будет заготовить официальное сообщение о смерти Сталина».
Народ огромной страны держался в неведении. Повторялась ситуация с январём 1924 года, когда умер Ленин.
«Главное, чтобы всё было, как положено. Политбюро должно иметь спокойные условия выбрать преемника. Только так можно избежать волнений, беспорядков и потери власти. Преемственность обеспечивала выживаемость партии и сохранение занимаемых позиций ведущих её членов. Это исключает вмешательство любых посторонних сил». Лазарь взглянул на часы. Скоро он будет там. Странно, что членам Политбюро позвонили не от Сталина и не врачи, а охранники. А где Поскрёбышев или личный телохранитель? Там что-то не то.
Огромный лимузин, освещая фарами растущие вдоль дороги сосны и берёзы, подъезжал к воротам дачи. Лазарь выглянул в окно. Всё было окружено войсками МВД.
«Значит, Берия уже приехал. Будет удивительно если Кремль ещё не оцеплен» - Подумал Лазарь. «Но ничего, подожди, - прошептал Лазарь. – У нас припасён план и для тебя».
Оказалось, что Каганович прибыл одним из последних. Все уже собрались, и везде горел свет. Первым, кого увидел Лазарь, был Маленков. Он выглядел подавленным, но спокойным. Он о чём-то говорил с Берия. Берия слушал его, но глаза его бегали по комнате. Было видно, что он всеми силами старался контролировать свои эмоции. Булганин заметил Лазаря и направился к нему:
- Только что привезли слесаря, чтобы разобраться с замком - Георгий (Маленков) приказал.
Лаврентий намеревался взломать дверь. Георгий всё время пытается его успокоить. Ведь он
уже приказал окружить танками Кремль.
Лазарь невольно улыбнулся: ведь он только что предвидел такой оборот событий. Неужели Берия и правда надеется, что ему удастся стать преемником Сталина? Идиот!
- А где комендант? Он об этом сообщил? – спросил Лазарь.
- Комендант? Какой комендант? Он будто испарился. И Поскрёбышев неизвестно где.
Подошёл Молотов. Он слышал слова Булганина и сжал руку Лазаря.
- Все куда-то пропали. Прислуга, охрана.
Молотов посмотрел на Лазаря. Лазарь хотел задать ему только один вопрос:
- Канада?
Молотов кивнул, и Лазарь облегчённо вздохнул.
Из коридора, ведущего в спальню Сталина, вышел Ворошилов.
- Слесарь возится с замком. И врачи там.
Он взглянул на Булганина:
- Надёжно?
Булганин повернулся к единственному охраннику, стоявшему у дверей:
- Никого не впускать, ни под каким предлогом. Вам ясно?
Охранник вытянулся как по команде «смирно».
- И закройте дверь на замок, - добавил Булганин.
Затем Булганин обратился к офицеру, который звонил всем членам Политбюро:
- Всё только после приказа Маленкова или меня лично. И вы ничего не видите и не слышите.
Вам всё ясно?
- Так точно!
Уже начались обсуждения по поводу того, что случится, если Сталин не выживет. ТАСС несколько минут назад сделало официальное заявление по поводу того, что случилось со Сталиным, как будто это случилось только что, хотя на самом деле прошло уже несколько суток. В заявлении говорилось что «лучшие специалисты» осуществляют необходимое лечение, и подчёркивалось нерушимое единство партии и правительства и их стремление следовать традиционным курсом страны. Это было лучшим комментарием к тому, о чём только что предупреждало дело кремлёвских врачей. Заявление ТАСС подчёркивало, что Сталин только «временно» не исполняет свои функции.
Предшествующие четыре дня были чехардой закрытых совещаний членов Политбюро по поводу преемника Сталина. В результате обсуждений все сошлись на кандидатуре Георгия Маленкова. Ко всему прочему, Маленков находился в хороших отношениях с Берия, который мог обеспечить ему поддержку со стороны Органов Госбезопасности в случае возникновения осложнений. Лазарь знал, что время окончательного решения ещё не наступило, по крайней мере, он на это надеялся. Лазарь переоценил своё собственное положение и не понимал, что никто из них не имеет всей полноты власти. Лазарь мало сделал для того, чтобы использовать ситуацию. Маленков казался случайным и слабым препятствием.
В декабре 1948 года, на сталинское семидесятилетие, «Правда» опубликовала серию статей членов Политбюро в честь Сталина. Статья Маленкова была ведущей. Всем было ясно, кто так распорядился. Сталин не боялся Маленкова. Он не рассматривался волком.
- Не надо пугаться, - сказал Молотов, обращаясь к Булганину, Ворошилову и Кагановичу.
Он продолжил:
- Важно сохранить целостность страны. Лаврентия надо держать под постоянным контролем. Очень скоро мы от него избавимся. Георгий долго не продержится, от силы год, не больше. Я знаю, что я говорю. Настанет время, когда мы сможем сделать очень многое.
- А Никита? – вставил Булганин.
- Им можно управлять, - сказал Лазарь. – Я его достаточно хорошо знаю.
Хрущёв только что вошёл в дверь. Он направился к Маленкову и сказал ему несколько слов, а затем встал в коридоре, наблюдая, как слесарь ковырялся в дверях Сталина. Он даже не смотрел в направлении Лазаря. Вскоре раздался звук распахнутой двери. Все, кроме слесаря, хлынули в спальню. Один из охранников оттеснил слесаря в противоположную сторону.
Сталин лежал на полу. Его грудь то опускалась, то поднималась, как в тяжёлом сне. На нём была его одежда: коричневая рубашка и коричневые брюки, его сапоги стояли около кровати. Это было типично, Сталин часто спал в одежде.
Три врача и Ворошилов перенесли его на узкую деревянную кровать. Его веки подрагивали. Иногда он приоткрывал глаза, но совсем не надолго. В такие моменты каждый старался приблизиться к нему, чтобы уловить какие-нибудь слова. Его жёлто-коричневые глаза уже ничего не выражали. Его щёки втянулись, волосы были совсем седые, а губы были покрыты сухой - сухой коркой. Лазарь заметил, что его брюки были мокрыми, он обмочился.
Все молча стояли вокруг кровати. Только Берия проявлял нетерпение. Один раз глаза Сталина оказались открытыми дольше обычного.
- Он приходит в сознание, - заметил один из врачей.
- Чаю…, - только прохрипел Сталин.
Другой врач слегка приподнял Сталину голову и только смочил сухие губы влажным полотенцем.
«Изувер». – Подумал Лазарь.
Глаза Сталина мутно скользили по всем присутствующим в комнате. Принесли чай, и доктор стал поить Сталина с маленькой серебряной ложечки. Первый раз за четверо суток. Сталин жадно начал глотать. Сталина действительно разбил паралич. Теперь, правая половина его тела бездействовала.
«Всё таки сработало». – Подумал Лазарь.
Сталин слабо поднял одну руку и указал на картину на стене, где девочка кормила молоком ягнёнка. Его губы пытались улыбнуться. Он в бессилии откинул голову на подушку. Так он пролежал ещё один час, то, открывая, то, закрывая глаза. Врачи не отходили от него, но и не делали ничего, только изредка переговариваясь между собой. Лицо Сталина принимало землистый оттенок. Он начал задыхаться. Черты лица его заострились. Один из врачей поднёс к его лицу кислородную подушку, но Сталин левой рукой оттолкнул её. Он поднял руку, как бы показывая на потолок, и в бессилии уронил её обратно. Наконец, движения его прекратились.
Берия быстро развернулся на каблуках и выбежал из комнаты. Лазарь мог слышать его громкий голос требовавший автомобиля: «Хрусталёв! – машину!»
Ворошилов и Булганин плакали. Маленков стоял на коленях у кровати и смотрел на него. Хрущёв держался в стороне, наблюдая, как врачи пытались убедиться, что он действительно мёртв. Молотов перебирал бумаги в своём портфеле. Лазарь смотрел на это, как на спектакль, со стороны. Он не был достаточно печален, чтобы плакать, но он был достаточно печален, чтобы этого хотеть.
Маленков поднялся с колен и подозвал одного их врачей. Он что-то прошептал ему на ухо. Врач кивнул головой и направился в сторону двух своих коллег. Они его выслушали, а затем вышли из комнаты вслед за Молотовым. Георгий Маленков хотел, чтобы сразу было написано официальное коммюнике. Вернулся Молотов с готовым документом. Там была обтекаемая история, изобилующая медицинскими терминами. Всё это было ложью. Происшествие в Кремле полностью выпало из всех упоминаний. Смерть официально была констатирована 5 марта в 21 час 50 минут. Официальное патологоанатомическое заключение вскрытия передали 6 марта в 16.30.
На следующий день, 6 марта, уже в шесть часов утра в Москве началось столпотворение. Народ словно чувствовал беду. Со всей страны народ поехал в Москву проститься с вождём. Люди словно осознавали, что они потеряли своего защитника, и теперь им придётся плохо. Красно-чёрные флаги свисали с каждого здания. Свечи горели в каждом окне. Вряд ли в мире когда-либо наблюдалось что-то подобное. Радио пыталось заговорить народ всеми средствами. Решили похоронить со всеми почестями: на три дня открыть доступ к телу, забальзамировать и положить в мавзолей к Ленину. Человек, который бальзамировал Ленина, уже умер. Срочно искали другого. Убийцы словно пытались загладить свою вину помпезными похоронами.
P.S. Многое хотелось ещё спросить у него, но времени уже не было. А у меня из головы не выходила массивная мраморная промокательница. Это было в тот решающий эпизод в Кремле, когда Сталин, якобы, зацепился за ковёр и, спотыкнувшись, упал, задев головой о стол, таким образом, что его голова была разбита. Странное падение в такой момент. Потом Лазарь сразу упомянул, что он взял тяжёлую мраморную промокательницу и разбил ей дверь сталинского шкафчика. Таким образом, со слов Лазаря, мраморная промокательница и голова Сталина были повреждены в разные моменты этого эпизода. А если в один? Если кто-то из них ударил Сталина мраморной промокательницей сзади по голове? Почему её вообще упомянул Лазарь? Почему Лазарь подчеркнул именно это падение Сталина и эту мраморную промокательницу? Ведь совершенно наивно предполагать, что Лазарь будет говорить полную правду человеку, которого он впервые видит в жизни. А ведь это первый напрашивающийся вопрос: почему Сталин оказался на полу с разбитой головой? И объяснение, что, дескать, он сам упал, когда его окружали несколько человек, предварительно договорившиеся убить его, и кормившие его крысиным ядом – это весьма натянутая версия. Как бы то ни было, но такой вопрос задать Лазарю было нельзя. О некоторых вещах можно догадаться только посредством возникновения самого вопроса. Ведь весь этот финальный инцидент начался с выступления Лазаря против Сталина. Так кто это сделал? Кто ударил Сталина мраморной промокательницей? Лазарь?
Прим. Переводчика. Если вы думаете, что это версия слишком крутая, то вот в лекции известного украинского общественного еврейского деятеля Эдуарда Ходоса приводится материал из хабадских изданий, в которых говорится, что смерть Сталина вызвал Ребе Шнеерсон, (с 8 минуты: "Два ритуальных убийства: За родину, за Сталина! За Веру, Царя и Отечество! Видеоальманах. Выпуск 15 https://www.youtube.com/watch?v=qdG99nTZzJA ). Но это голословное утверждение евреев. А с 11 минуты этого видеоролика прямо описывается похожая ситуация, что смерть Сталина произошла не так, что никто, дескать, не видел когда Сталина хватил удар, - а наоборот, когда Сталин вызвал Политбюро обсуждать депортацию евреев. И что Ворошилов швырнул партбилет и сказал, что тогда он выходит из партии; хотя казалось бы, если Ворошилов НЕеврей, то какое ему дело до евреев? И на это Сталин пришёл в возбуждение и начал орать, что дескать... ну вообщем на этом месте его, якобы и хватил удар. Так что намёк Кагановича с разбитой тяжёлой мраморной промокательницей тут укладывается к месту! Возможно, что когда Ворошилов сказал что он из-за евреев выходит из партии, и Сталин начал орать, тут Каганович и припечатал сзади Сталина тяжёлой пепельницей.

http://zarubezhom.com/kaganovich.htm

30-08-2018 07:46 Baxılıb: 4480    
Şərh bildir